Dead_December
Ты не узнаешь своих границ, пока сам до них не доберёшься
С трудом закрыв дверь купе, Лето сел у окна. Небо, ещё не разбавленное холодом, крепко держалось за неяркие от облаков звёзды. Ветер пробирался между фонарных столбов, не замечая пассажиров: сталкивался с ними, вырывал из рук зонты. Видимо, со злости.
Здесь люди не замечали смену времён года: проводницы в форме, которая была им по фигуре еще во времена развала, проверяли билеты, машинист пытался договориться со сном, который и не слушал человека, а кто-то, не дождавшись отхода, задремал, глубоко задремал в одежде на своей полке.

- Да всё не так! - взвизгнула дама, пнув чемодан. - Что за мерзость ты купил?!
Лето из интереса напряг глаза, чтобы растолкать сумерки и разглядеть две фигурки, стоящие на другой платформе.
Маленькая, совершенно седая, но молодая лицом женщина, одетая в кремового цвета пальто, вопила на рыжеволосого, примерно одного с ней возрастом мужчину, судя по покорности и грусти в глазах... Умного или любящего. "Хуже, если всё вместе." - ухмыльнулся Лето.

- Тебе оно идёт. - тихо сказал помощник барышни. - Смотри, все заглядываются.
- Вот именно что "оно"! - вскрикнула она опять. - Ты ничего не можешь! Я ехала в вагоне не одна, сейчас ночь, да ещё остановимся мы у тебя!..
- Там хорошо.- спокойно ответил мужчина. - Три чистых комнаты...
- Сам живи в этой коммуналке! Кошелёк!
"У, бойкая бабуська." - Лето улыбнулся.

Поезд, испуганно свистнув, тронулся от перрона. Видимо, его сдвинул оскорблённый взгляд дамы, которая увидела лицо Лета, не скрывавшего насмешки.
- Хамло! Тупой блондин! - кинула она вдогонку, но слова разбились о стекло.

Лето, уставший, проснулся от лапок солнца ближе к обеденному часу, когда к бойлеру в плацкарте выстроилась очередь. Он ходил за чаем туда, чтобы послушать людей, заглянуть в утомлённые загаром лица и убедиться, какой он хороший.
Но сегодня его взволновали изменения на улице. Кто-то обмакнул монетки берез в свет сонного солнца. Цвет получился цыплячьим, но всего за ночь одеть столько деревьев!

- Что ты сделал?! - воскликнула она, вернувшись из сада.
- Покрасил...
- Ты безрукий урод! Я ненавижу жёлтый!
- Исправлю. - кивнул он. Затёкшая спина попросила лежать, заныв тяжёлой болью.
- Видишь?! - сказала женщина, трясущейся рукой указывая на клин. - Ты их прогнал, ты! Иди смывай!

Молодой человек без слов вернулся к работе и увидел, с каким восторгом берёзки меряют монисто его работы.

- А у вас есть ещё?!
- Как красиво, красотулечно!
- Сделайте, пожалуйста, сделайте хоть немножко!
- Надо... - он, успокаивая себя, коснулся переносицы. - Надо с себя это смыть и всё снять.
- Да как же?!
- Пожалуйста.

Деревья не соглашались. Они мучили мужчину просьбами найти ещё красок: "Крестить не в чем!", "Все видели меня в зелёном, стыдно уже!", сделать ещё украшений.
Его убедили, что сад будет очень красивым, надень золото (хотя бы поддельное, но вы же умеете!) все.

"Она не любит свет. - подумал рыжий, состригая с ласковых солнечных овечек шерсть для полушубков. - Надо наловить тумашек."
Тумашки водились около рек, большими шариками бегая в низинах. Эти кажущиеся крупными барашки очень стеснялись своих пышных тел и прятались от солнца, превращаясь в яркие бусинки воды, прячась за травинками и большими кленовыми листами. Рыжему надо было подниматься в сумерки, чтобы успеть собрать шерсть с многих тумашек.
Зверьки, превратившись после стрижки в существ, не больше горностая, разбежались по норкам и не видели, как плотная занавеска легла на гладкое холодное небо. Теперь сад не казался кричаще-ликующим, скорее торжественным, но чинным, как церковная служба.

- Что это?! - ужаснулась дама, тыча в облака. - Что это за серая мерзость?! Гниль?! Твоё бельё?! И убери эту мерзость с деревьев!
Она злилась, поддавала холода, чувствовала, что люди перестали думать о хорошем, постепенно затихало в лесу. Хлопанье дверей в их доме вылетало наружу, со злостью рвало одежду, добрые мысли, дробя их в мелкие и хмурые.

- Смывай! - приказала она.

Солнце, одинокое, заплакало. Занавески мокли и темнели, посыпая затихшие деревья мягкой пылью. Торжественность давила, березки уже сбросили пугающие наряды и больше не разговаривали. Ссорясь с ветром, небо рыдало так, что дождь яростно бросался в окна, успевая поцапаться с листвой, которая облетала, застилая зелёную траву.
Их отношения портились.

- Ты ничего не можешь! - сентябрь.
- Убери эту гадость! - октябрь.
- Ты всё испортил! - ноябрь.
- Эй! Эй... - декабрь.

Он умер первого декабря, работая над самой красивой снежинкой, какую только мог сделать. Замерз в мастерской, потому что боялся разжечь огонь и разбудить её.

@темы: фанфик, природа, очерк, осень, ориджинал, времена года